Чернопятов сдержанно улыбнулся:

— Это не совсем так. Не буду скрывать, я вас сфотографировал выходящим из банка. Если эти фотографии попадут в руки французской полиции, то может возникнуть масса неприятных вопросов.

Родионов ковырнул тростью песок, и болонка, испуганно тявкнув, отскочила.

— Хм… Я вас не совсем понимаю. Если вы меня не шантажируете и вам не нужны деньги, тогда чего же вы от меня добиваетесь?

Серый клерк смущенно улыбнулся:

— Насчет денег не совсем так… Кому в наше время они не нужны? Просто я хотел сказать, что у меня к вам имеется весьма деловое предложение.

— Да-а?

Болонка потеряла интерес к серебристому пуделю и теперь охотно терлась у хозяйских ног.

— Ограбить банк!

Савелий внимательно всмотрелся в молодого человека, но улыбки не заметил.

— Жорж… Можно я вас так буду называть?

— Ради бога, — равнодушно проговорил Чернопятов, — если это доставляет вам удовольствие.

— Вы или большой шутник, или мелкий провокатор.

— Ни то и ни другое. Выслушайте меня до конца… Дело в том, что я сам работаю в банке.

— И в каком же?

— В филиале российского имперского банка «Русский кредит». В нем я служу уже третий год и предлагаю вам ограбить именно его…

— Вы в своем уме?

— Только, пожалуйста, не перебивайте… За это время я очень хорошо изучил систему сигнализации… Мне также известно, когда в банк поступают огромные суммы. Несмотря на кажущуюся неприступность, охранная система банка не без изъянов. С вашим профессионализмом и с моей осведомленностью мы сможем его ограбить, — в глазах молодого мужчины блеснул нешуточный азарт.

Если бы не эта искорка в глазах, его можно было бы принять за провокатора. Но перед ним был обыкновенный авантюрист, решивший покончить с бедностью одним махом. Париж, как известно, город соблазнов, а они вытягивают деньги не хуже любой куртизанки. Савелий сделал вид, что предложение Чернопятова его заинтересовало, в мнимой взволнованности он даже потер пальцами подбородок.